На войне как на войне... (продолжение)

27-летний Отто Дикс записался добровольцем в германскую армию в самом начале войны. В качестве резервиста прошел обучение стрельбе
из орудий полевой артиллерии и тяжелых пулеметов. 21 сентября 1915 года был отправлен на Западный фронт, участвовал в сражениях
в Шампани, затем в июле и октябре-декабре 1916 года – на Сомме. В конце 1917 года воевал на Восточном фронте в Белоруссии,
а с февраля 1918 года снова на севере Франции и во Фландрии. 8 августа 1918 года Отто Дикс был ранен в шею осколком шрапнели.
22 декабря 1918 года он был освобожден от дальнейшего прохождения службы.


Отто Дикс. Автопортрет в образе Марса. 1915

26-летний Андре Фрайе (André  Fraye), был призван во французскую армию 1 августа 1914 года. В чине лейтенанта 367-го пехотного полка 6-го сентября был ранен в Буа-ле-Претре (Bois-le-Prêtre). До 1915 года проходил лечение в госпиталях. Не будучи годным к строевой службе, стал шофером в Версале. Организовал санитарное подразделение, состоявшее из 33 человек. Благодаря своему знанию английского языка, был назначен руководителем 1-го отделения хирургической помощи на передовой в американскую армию в 1916 году. Участвовал в битвах на Сомме, в Эсне (Aisne), оставался в Вердене до самого конца сражения. В 1915 году выставлял гравюры на темы войны в музее Войны. В январе 1917 года рисунки Андре Фрайе выставлялись на Военном Салоне (Salon des Armées).

26-летний Оскар Кокошка (Oscar Kokoschka), понимая, что вскоре будет призван на военную службу, записался добровольцем в австро-венгерскую армию сразу после объявления войны. С помощью своего друга и наставника Кокошке удалось попасть в 15-й королевский драгунский полк эрцгерцога Джозефа, предназначенный для членов императорской семьи и аристократии. Всю экипировку драгуны королевского полка должны были обеспечивать себе самостоятельно. Кокошке пришлось не только продать свою картину «Обвенчанная с ветром» (1913), но и обратиться за финансовой помощью к другому своему покровителю. Социальное положение Оскара Кокошки разительно отличалось от положения товарищей по полку, что неминуемо привело к конфликту. Чтобы избежать наказания за нарушение дисциплины Кокошке пришлось записаться добровольцем на Восточный фронт. Только так можно было спастись от военной тюрьмы. 22 июля 1915 года Кокошка прибыл в австро-венгерскую Галисию, а 29 августа был тяжело ранен около Владимиро-Волынска на Украине, получив пулю в голову и штыковое ранение в грудь. После лечения в госпитале в Брно (Brünn) Кокошка написал прошение о назначении его военным художником в Имперскую королевскую военную пресс-службу. 29 марта 1916 года его прошение было удовлетворено. В обязанности группы художников входило отражать ход сражений в сериях набросков и рисунков. Члены группы носили военную форму с нарукавной нашивкой art. Их направляли на фронт на шесть недель, затем они возвращались в свои мастерские и должны были писать картины и акварели, которые затем выставлялись с пропагандистской целью в крупных городах империи и нейтральных странах. (Всего таких выставок было организовано в Австро-Венгрии более сорока). В июле 1916 года Оскар Кокошка был направлен на итальянский фронт, а в конце августа при взрыве моста через реку Изонцо был контужен. После этого Кокошка предпринимал все усилия, чтобы его больше не отправляли на фронт, получив должность профессора Академии художеств в Вене.

Хансу Рихтеру (Hans Richter) было 26 лет, когда 15 сентября 1914 года его призвали в германскую армию. Он попал в легкую артиллерию, в так называемую Летучую дивизию, и был отправлен на Восточный фронт. Был тяжело ранен в Вильне в Литве и долго лечился в госпитале под Берлином. В марте 1916 года Ханс Рихтер был признан инвалидом и уволен из армии. Он женился на медсестре, которая за ним ухаживала, и уехал на костылях в «свадебное путешествие»  в Швейцарию. В Цюрихе он познакомился с румынскими поэтами и художниками Тристаном Тцарой и Марселем Янко и стал активным участником движения дада. Вместе с другим дадаистом шведом Викингом Эггелингом они занимались авангардным кино. В 1915-1918 годах постоянно печатал свои рисунки и гравюры в берлинском журнале «Действие» (Aktion). В 1917 году участвовал в первой выставке дада в галерее Corray, а также в третьей выставке в галерее Дада.

30-летний Макс Бекман (Max Beckmann) не был призван на военную службу, но в сентябре 1914 года добровольно отправился в Восточную Пруссию работать в госпиталь «гражданским» санитаром. Поздней осенью он вернулся в Берлин, а в начале 1915 года вновь отправился на фронт санитаром – теперь уже на Западный во Фландрию. Там он служил в тифозном госпитале в Куртрее (Courtray) и был свидетелем первой газовой атаки на Ипре. В середине 1915 года Макс Бекман покинул службу в госпитале,  страдая от сильного нервного расстройства. Не последнюю роль в его состоянии сыграли именно газовые атаки, против которых поначалу не было средств защиты и методов лечения. Для санитаров, добиравшихся до передовой, чтобы спасать раненых, было полнейшим шоком видеть заваленные трупами окопы после газовой атаки, когда немногих еще дышавших невозможно было спасти. Санитары, рисковавшие собственной жизнью, были абсолютно беспомощны перед таким оружием, как отравляющий газ. Их усилия становились совершенно  бессмысленны.

21 июня 1915 года в возрасте 25 лет Эгон Шиле (Egon Schiele) был призван в австрийскую армию. После прохождения обучения в Богемии и рытья траншей вокруг Вены, в ноябре того же года Шиле добровольно записался караульным в конвой русских военнопленных, отправлявшихся из Вены в Гинсерндорф, намереваясь сделать уникальную портретную серию. С 8 марта по 30 сентября 1916 года Шиле вел военный дневник. 1 мая 1916 года Шиле был назначен клерком на Королевскую и Имперскую офицерскую базу, где содержались высокопоставленные военнопленные. Он избежал отправки на фронт, но все-таки его постигла трагическая участь – 31 октября 1918 года Эгон Шиле умер от испанки.

33-летний Михаил Ларионов, который летом 1914 года находился в Париже с дягилевскими балетами, узнав об объявлении мобилизации в России в пользу Сербии, вместе с Натальей Гончаровой 1-го августа кружным путем отправился в Россию – через Швейцарию, Италию, Грецию, Константинополь и Одессу. По прибытии он сразу же был мобилизован лейтенантом запаса 210-го Бронницкого пехотного полка и отправлен на фронт в Восточную Пруссию. 10-го октября 1914 года он получил тяжелую контузию. В дополнение к травме ноги у него началось воспаление почек, вызванное постоянным пребыванием в заполненных холодной водой окопах. До конца года он проходил лечение в московском госпитале, а 5 января 1915 года был освобожден от дальнейшего прохождения службы. За время пребывания Ларионова на фронте и в госпитале Наталья Гончарова создала цикл работ «Мистические образы войны». В июне 1915 года по приглашению Дягилева Ларионов с Гончаровой отправились в Швейцарию, а затем продолжали работать над балетами Дягилева во Франции и Испании.

Вскоре после начала войны Джорджо де Кирико вернулся из Парижа в Италию. В мае 1915 года, после вступления Италии в войну, де Кирико записался в итальянскую армию, но вскоре был признан негодным к строевой службе и оказался приписан к психиатрическому госпиталю в Ферраре. Волею судеб в качестве пациента там оказался другой футурист Карло Карра (Carlo Carrà), который начал войну как художник в военной пропаганде, а затем  был отправлен на фронт санитаром. К счастью, в госпитале в Ферраре у них была возможность писать картины.

С 1910-го года Павел Филонов развивал в своем творчестве идеи аналитического искусства. В марте 1914 года Филонов предпринял попытку создать группу художников-единомышленников, куда вошли Д.Н. Какабадзе, А.М. Кириллова, Э.А. Лассон-Спирова и Е.К. Псковитинов. Группа сразу же выпустила манифест «Интимная мастерская живописцев и рисовальщиков «Сделанные картины», на обложке которого был воспроизведен филоновский «Пир королей». В манифесте говорилось: «Цель наша – работать картины и рисунки, сделанные со всей прелестью упорной работы, так как мы знаем, что самое ценное в картине и рисунке – это могучая работа человека над  вещью, в которой он выявляет себя и свою бессмертную душу». Художник писал: «Упорно и точно рисуй каждый атом. Упорно и точно вводи прорабатываемый цвет в каждый атом, чтобы он туда въедался, как тепло в тело или органически был связан с формой, как в природе клетчатка цветка с цветом».

Начавшаяся в августе 1914 года война вдохновила Филонова на создание новых работ. Осенью 1914 года он написал картину «Германская война», стоящую в одном ряду с «Пиром королей». Осенью 1916-го года Павел Филонов был мобилизован и направлен на Румынский фронт рядовым второго морского полка Балтийской морской дивизии. В февральскую революцию был избран председателем Солдатского съезда в городе Измаиле, а затем председателем Исполнительного военно-революционного комитета Придунайского края. После ликвидации фронта Филонов вернулся в Петроград.

В 1914-15 годах Казимир Малевич занимался созданием первых супрематических полотен. Именно тогда был написан самый знаменитый шедевр супрематизма Чёрный квадрат.  Малевича призвали в армию только летом  1916 года и отправили в Смоленск. Он служил клерком в тыловом эшелоне, демобилизован в 1917 году.

К счастью, и другие русские художники избежали тяжелой участи службы на передовой. 22-летнего Владимира Маяковского призвали в сентябре 1915 года, но по ходатайству Максима Горького он был направлен в Военную автошколу в Петрограде, где служил сначала чертежником, а затем квартирьером.

В течение первых двух лет войны Кузьма Петров-Водкин сумел передать собственные внутренние переживания и общее напряжение, царившее во всех слоях российского общества, в ряде выдающихся произведений, напрямую не отражающих темы войны:  «Мать» и « Богоматерь Умиление злых сердец». В 1916 году художник создал масштабное полотно «На линии огня». В конце 1916 – начале 1917 года 38-летний художник был призван в качестве резервиста на службу в лейб-гвардии Измайловском полку и находился на полуказарменном положении.

Среди известных русских художников, мобилизованных на общих основаниях и воевавших на различных фронтах, получили ранения Александр Шевченко, Петр Кончаловский, Георгий Якулов. Дмитрий Стеллецкий и Виктор Барт воевали в составе русского экспедиционного корпуса во Франции, храбростью и хладнокровием отличался художник Николай Милиоти, воевавший на Юго-Западном фронте в качестве адъютанта генерала Радко Дмитриева.

Но патриотический энтузиазм захватил далеко не всех художников. Были и такие, кто полностью отвергал насилие и примкнул к рядам пацифистов, пренебрегая собственной репутацией. Официально были объявлены дезертирами Франсис Пикабиа, Робер Делоне, Артюр Краван (Arthur Cravan). Некоторые немецкие художники, жившие до войны на Монпарнасе, не желали участвовать в братоубийственной войне и не вернулись в Германию. Всю войну они прожили в нейтральных странах – Швейцарии, Испании, Португалии, США.

В Испании существовал небольшой кружок французских и иностранных художников, туда  же приезжали из Португалии Робер и Соня Делоне. На улицах Барселоны можно было встретить Моисея Кислинга, приехавшего долечивать раны, Наталью Гончарову и Михаила Ларионова, находившихся там с дягилевскими балетами. Здесь же жила «изгнанница» Мари Лорансен с мужем. Несколько недель там провел и Диего Ривера, направлявшийся домой в Мексику. Издавал свой знаменитый журнал «391» неутомимый Пикабиа.

Франсис Пикабиа был призван в армию и благодаря репутации своего отца, состоявшего на дипломатической службе в посольстве Кубы во Франции, попал служить адьютантом к высокопоставленному генералу, который отправил его заниматься снабжением на Кубу. Эта деятельность имела мало общего с защитой Родины, и Пикабиа без сожаления сменил ее на творчество и принял решение отправиться в США. Там вместе с Марселем Дюшаном они заложили основы движения дада в Нью-Йорке.

Марсель Дюшан был освобожден от службы в армии еще в 1909 году, поэтому он не ожидал призыва. 28-летний Дюшан был повторно признан негодным к воинской службе 6 января 1915 года после прохождения медицинского обследования. В июне того же года он отправился в Нью-Йорк, где познакомился с коллекционерами Луизой и Вальтером Аренсбергами, которые стали его покровителями. Круг его общения составляли Ман Рей, Беатрис Вуд и Анри-Пьер Роше. Там же он познакомился с Франсисом Пикабиа. Вместе с новыми друзьями он начал издавать дадаистский журнал «The Blind Man» (Слепец).  В 1917 году при его содействии было создано Общество независимых художников, которое он возглавил как директор.

28-летний Жан Арп (Jean Arp), мать которого была француженкой, а отец немцем, позднее вспоминал (вполне в духе дада), как он, получив повестку на призывной пункт, исписал ее всю, проставив дату на каждом свободном месте, затем снял с себя всю одежду и в таком виде явился с повесткой. Эта выходка спасла его от призыва. Не дожидаясь новой повестки, он вместе с братом поспешил уехать из Кельна в Париж. Там молодые люди были заподозрены в шпионаже в пользу Германии и были вынуждены отправиться в нейтральную Швейцарию. В Цюрихе Арп принимал активное участие в создании и деятельности движения дада.

Жан Метценже (Jean Metzinger) был мобилизован весной 1915 года в возрасте 31 года и направлен санитаром в Сент-Менхулд (Sainte-Ménehould). В 1916 году его перевели в Париж в госпиталь Quinze-Vingts помощником в рентгеновское отделение. В конце того же года он был освобожден от службы по здоровью.

27-летний Марк Шагал незадолго до начала войны отправился из Парижа сначала на выставку в Берлин, а затем в Витебск на свадьбу своей сестры. Поскольку поездка планировалась краткосрочной, Шагал оставил все свои холсты в мастерской (за исключением тех, что взял в Берлин) и отказался даже на время предоставить ее Хаиму Сутину, не имевшему в то время своей студии. Когда же он вернулся во Францию в 1923 году, от содержимого мастерской ничего не осталось – 150 картин исчезли, а новые владельцы, заплатившие за них безымянным торговцам, отказывались вернуть холсты художнику. Во время войны Шагал (при содействии своего шурина) служил на «домашнем фронте» – в Центральном военно-промышленном комитете в Петрограде, занимаясь снабжением армии.

47-летний Эмиль Нольде (Emil Nolde) в августе 1914 года возвращался на корабле в Германию из Медико-демографической германо-новогвинейской экспедиции через Яву, Сингапур, Бирму, Цейлон и Египет. Он не был призван по возрасту. Войну Нольде провел на побережье Северного моря, на зиму возвращаясь в Берлин. Военные годы стали очень продуктивными для художника в творческом плане, только за один 1915 год Нольде написал 88 картин.

Почему мы, собственно, взялись три года назад за это исследование? С одной стороны, приближалась 100-летняя годовщина события, потрясшего человечество, и неизвестно откуда взялась внутренняя потребность «прожить эти события эмоционально». Пришлось много читать – и военно-мемуарную литературу, и труды военных историков (что было, в общем, необязательно), и мемуары и биографии художников и поэтов, и художественные произведения писателей-фронтовиков. Магия времени не отпускала, а влекла все дальше и дальше. Даже сейчас еще не все книги об этой войне прочитаны, которые тщательно выбирались и разыскивались по российским и иностранным букинистам. Личный результат был достигнут – удалось погрузиться в эпоху и увидеть любимых художников живыми людьми.

С другой стороны, хотелось избежать легковесных суждений о творчестве того или иного известного художника, уйти с позиции «нравится – не нравится», увидеть первопричины неожиданных поворотов в развитии творчества. Одним словом, встроить свои представления о творчестве основоположников искусства модерна в реальную систему координат, в контекст эпохи. И, вообще говоря, нужно развиваться, получать новые знания, искать «своё», используя доступность информации – и делиться ей с другими.

ИСТОЧНИКИ:

1914. The Avant-Gardes at War. SNOECK, Cologne, 2013

«Первая мировая война. 1914-1918». Русский музей, СПб, 2014

Philippe Dagen. Le silence des peintres. Edition Hazan, Paris, 2012

Italian Futurism 1909-1944. Reconstructing the Universe. Guggenheim Museum Publications. NY, 2014

Billy Klüver, Julie Martin. Kiki’s Paris: Artists and Lovers 1900-1930. Harry N.Abrams, Inc., New York, 1994

Pierre Sichel. Modigliani. A Biography of Amedeo Modigliani, E.P. Dutton & Co, Inc., NY, 1967

Маревна (Мария Воробьева-Стебельская). «Моя жизнь с художниками «Улья». Изд-во «Искусство – XXI  век», М., 2004

«Ларионов – Гончарова. Шедевры из парижского наследия. Живопись». ГТГ, М., 1999

Жан-Поль Креспель «Повседневная жизнь Монпарнасса в великую эпоху 1905-1930», Изд-во «Молодая гвардия», М., 2000

Bertrand Meyer-Stabley, Marie Laurencin, Paris, Pygmalion, 2011

Каталог выставки пропагандистских работ Рауля Дюфи в Эпинале

L’Essentiel. La collection Jonas Netter. Modigliani, Soutine et l’avanture de Montparnasse. Pinacotéque de Paris. 2012

Буклет к фильму Фабриса Мазе об Андре Массоне. Изд-во Seven Doc, Гренобль

Мишель Сануйе. «Дада в Париже». Изд-во «Ладомир», М., 1999

Марк Шагал. «Моя жизнь». Изд-во «Эллис Лак», М., 1994

Юлия Хартвиг. «Аполлинер». Изд-во Прогресс, М., 1971

Хуго Балль. Из книги-дневника «Бегство из времени».  Цитируется по изданию Седельник В.Д. «Дадаизм и дадаисты». ИМЛИ РАН, М., 2010

Гертруда Стайн. «Автобиография Элис Б. Токлас», Б.С.Г.-ПРЕСС, М., 2001

Павел Николаевич Филонов. Каталог выставки. ГРМ. Изд-во «Аврора», Ленинград, 1988

Jacques Lambert. Kisling. Prince de Montparnasse. Les Éditions de Paris. Max Chaleil, 2011