Война в пригородах ...
..." Население Пушкина не имело правдивой информации о фактических событиях, происходящих на фронте и положении населения
на оккупированных территориях. Ни о взятии городов, ни о чинимых зверствах пушкинцы почти ничего не знали и не могли принять правильного
решения для своей семьи. Их знакомили только с искажённой информацией о положении на фронтах, принятыми постановлениями
о трудовой повинности и ограничениями в части передвижения"...
В городе осталось более 35 тысяч брошенных на произвол судьбы жителей,
большинство из которых во время оккупации, длившейся до 24 января 1944г., были убиты.
Общий вид правой стороны платформы вокзала, разрушенной фашистами.
Фото: фотограф неизвестен. 1941-1944 гг. ЦГАКФФД СПб. Пр 1046 сн. 6
Советские и партийные органы накопили большой опыт пропагандистской работы и, если бы посчитали нужным, то могли бы оперативно довести до сведения еврейского населения, на что они будут обречены в случае оккупации города. Но они этого не делали и даже скрывали имеющиеся сведения о геноциде евреев в странах Европы и на занятой фашистами территории СССР. Не говоря уже о том, что не приняли активных мер
для их эвакуации.
Провести же эвакуацию населения в условиях Пушкина, который связан с Ленинградом железной дорогой и хорошими шоссе, мне кажется, было не так уж и сложно. Но этого не сделали. В результате к середине сентября всё население города, включая и еврейское, оказалось в капкане. С юга наступали немцы, а проезд в Ленинград осуществлялся только по специальным разрешениям.
Трудно сейчас говорить о том, что стало бы с евреями, если бы их вывезли в Ленинград. Там их ждал голод. Д. С. Лихачёв в своих мемуарах рассказывает, что люди, бежавшие из пригородов, очутились ещё в более ужасном положении, чем коренные жители. Они оказались без жилья и, главное, без продовольственных карточек. Эти люди умирали в первую очередь. Такого поворота событий трудно было ожидать.
С первых дней войны стало ясно, что немецкие войска глубоко продвинутся вглубь территории СССР. Поэтому в Пушкине был учреждён
и организован городской совет по эвакуации, на который была возложена обязанность по её осуществлению. В первую очередь развернулись подготовка к эвакуации сокровищ царскосельских музеев в соответствии с планом, который был разработанещё в 1936 году.
При эвакуации населения вывозили женщин с детьми, людей пожилого возраста и детские учреждения. Осуществлялась эвакуация
и в индивидуальном порядке, по собственной инициативе. Однако с конца июля выезд жителей Пушкина в Ленинград осложнился. С этого времени он разрешался только по специальным пропускам. Это обстоятельство свидетельствовало о том, что власти города сдерживали стихийный выезд из города. Особенно возражали против выезда врачей. Известен случай, когда отказали в разрешении на отъезд даже женщине-врачу, матери грудного ребёнка. Ей рекомендовали отлучить ребёнка от груди и отправить с детским домом.
Въезд и выезд из города осуществлялся только по пропускам.
У большинства жителей Пушкина их не было. О времени оставления города армией жители не были оповещены. Поэтому было много случаев, когда люди, утром, уехавшие на работу в Ленинград, или наоборот из Ленинграда в Пушкин, не смогли вернуться назад.
Судьба Пушкина была предрешена ещё в августе 1941 года, когда немецкие войска прорвали укрепления Лужского оборонительного района и в окружение попало более 25 тысяч советских военнослужащих. 20 тысяч из них были пленены. Прорвавшиеся из окружения части отступали к Ленинграду. Единственный свободный путь проходил через Пушкин. Регулярные войска практически не принимали участие в обороне города.
Эта задача в основном была возложена на два истребительных батальона, укомплектованных слабо вооружёнными ополченцами, студентами, школьниками, молодыми работницами коммунальных предприятий. Большая часть из них погибла.
Пушкин был оставлен 17 сентября 1941 г. Немцы вошли в него практически без боя. Есть свидетельства о том, что всё партийное и советское руководство заранее покинуло город. В городе осталось более 35 тысяч брошенных на произвол судьбы жителей, большинство из которых во время оккупации, длившейся до 24 января 1944г., были убиты, умерли от голода или вывезены на принудительные работы. Все же евреи были истреблены в первый же месяц оккупации. Поэтому свидетелей Катастрофы почти не осталось.
тут подробнее --
http://www.proza.ru/2010/12/19/1199
http://carskoe-selo.spb.ru/object/2853155356/D_1803401835/2?lc=ru
на оккупированных территориях. Ни о взятии городов, ни о чинимых зверствах пушкинцы почти ничего не знали и не могли принять правильного
решения для своей семьи. Их знакомили только с искажённой информацией о положении на фронтах, принятыми постановлениями
о трудовой повинности и ограничениями в части передвижения"...
В городе осталось более 35 тысяч брошенных на произвол судьбы жителей,
большинство из которых во время оккупации, длившейся до 24 января 1944г., были убиты.
Общий вид правой стороны платформы вокзала, разрушенной фашистами.
Фото: фотограф неизвестен. 1941-1944 гг. ЦГАКФФД СПб. Пр 1046 сн. 6
Советские и партийные органы накопили большой опыт пропагандистской работы и, если бы посчитали нужным, то могли бы оперативно довести до сведения еврейского населения, на что они будут обречены в случае оккупации города. Но они этого не делали и даже скрывали имеющиеся сведения о геноциде евреев в странах Европы и на занятой фашистами территории СССР. Не говоря уже о том, что не приняли активных мер
для их эвакуации.
Провести же эвакуацию населения в условиях Пушкина, который связан с Ленинградом железной дорогой и хорошими шоссе, мне кажется, было не так уж и сложно. Но этого не сделали. В результате к середине сентября всё население города, включая и еврейское, оказалось в капкане. С юга наступали немцы, а проезд в Ленинград осуществлялся только по специальным разрешениям.
Трудно сейчас говорить о том, что стало бы с евреями, если бы их вывезли в Ленинград. Там их ждал голод. Д. С. Лихачёв в своих мемуарах рассказывает, что люди, бежавшие из пригородов, очутились ещё в более ужасном положении, чем коренные жители. Они оказались без жилья и, главное, без продовольственных карточек. Эти люди умирали в первую очередь. Такого поворота событий трудно было ожидать.
С первых дней войны стало ясно, что немецкие войска глубоко продвинутся вглубь территории СССР. Поэтому в Пушкине был учреждён
и организован городской совет по эвакуации, на который была возложена обязанность по её осуществлению. В первую очередь развернулись подготовка к эвакуации сокровищ царскосельских музеев в соответствии с планом, который был разработанещё в 1936 году.
При эвакуации населения вывозили женщин с детьми, людей пожилого возраста и детские учреждения. Осуществлялась эвакуация
и в индивидуальном порядке, по собственной инициативе. Однако с конца июля выезд жителей Пушкина в Ленинград осложнился. С этого времени он разрешался только по специальным пропускам. Это обстоятельство свидетельствовало о том, что власти города сдерживали стихийный выезд из города. Особенно возражали против выезда врачей. Известен случай, когда отказали в разрешении на отъезд даже женщине-врачу, матери грудного ребёнка. Ей рекомендовали отлучить ребёнка от груди и отправить с детским домом.
Въезд и выезд из города осуществлялся только по пропускам.
У большинства жителей Пушкина их не было. О времени оставления города армией жители не были оповещены. Поэтому было много случаев, когда люди, утром, уехавшие на работу в Ленинград, или наоборот из Ленинграда в Пушкин, не смогли вернуться назад.
Судьба Пушкина была предрешена ещё в августе 1941 года, когда немецкие войска прорвали укрепления Лужского оборонительного района и в окружение попало более 25 тысяч советских военнослужащих. 20 тысяч из них были пленены. Прорвавшиеся из окружения части отступали к Ленинграду. Единственный свободный путь проходил через Пушкин. Регулярные войска практически не принимали участие в обороне города.
Эта задача в основном была возложена на два истребительных батальона, укомплектованных слабо вооружёнными ополченцами, студентами, школьниками, молодыми работницами коммунальных предприятий. Большая часть из них погибла.
Пушкин был оставлен 17 сентября 1941 г. Немцы вошли в него практически без боя. Есть свидетельства о том, что всё партийное и советское руководство заранее покинуло город. В городе осталось более 35 тысяч брошенных на произвол судьбы жителей, большинство из которых во время оккупации, длившейся до 24 января 1944г., были убиты, умерли от голода или вывезены на принудительные работы. Все же евреи были истреблены в первый же месяц оккупации. Поэтому свидетелей Катастрофы почти не осталось.
тут подробнее --
http://www.proza.ru/2010/12/19/1199
http://carskoe-selo.spb.ru/object/2853155356/D_1803401835/2?lc=ru