" О сколько нам открытий чудных "...
С удовольствием припас себе этот обзор про удивительные миры!
... Хочу ещё всем напомнить кто не читал Итало Кальвино -- сильно нужное!!! ;)
Оригинал взят у
irene_os в Путешествия в иные миры
ІІ Codex Seraphinianus книга итальянского гарфика Луиджи Серафини. Нее-т, саму книгу я еще не выловила)) Пока – хотелка. Дороговата, зараза (еще мягко говоря…)
Да, ее несомненный плюс – это выдуманный язык (полностью) – не важно, в какой стране она напечатана – перевода не нада))).
Название расшифровывается как Strange and Extraordinary Representations of Animals and Plants and Hellish Incarnations of Normal Items from the Annals of Naturalist/Unnaturalist Luigi Serafini», то есть, «Странные и необычные представления животных, растений и адских воплощений из глубин сознания натуралиста/антинатуралиста Луиджи Серафини».
Codex – это энциклопедия в 400 страниц, энциклопедия воображаемого мира с подробными комментариями на этом самом несуществующем языке. Книга поделена на 11 глав в свою очередь поделенных на 2 секции: первая -о мире природы, вторая -о человеке. Главы посвящены различным множествам:
1-флора
2-фауна
3-жизнь в городах
4-химия, биология
5-механика, технические изобретения
6-народы
7-карта мира, обычные и важные люди
8-письменность
9-еда и одежда
10-праздники, игры, развлечениям
11-архитектура городов
Однозначно странные и не всем понравятся иллюстрации, но для меня они – замечательные)).
Посмотреть
ІІІ Манускрипт Войнича (Рукопись Войнича). Войнич (муж той самой Э.Л.Войнич) тут не автор – он просто открыл эту книгу для широких слоев исследователей, и сегодня она – одна из самых известных книжных загадок. Мы не знаем ни имени автора, ни языка, на к-м она была написана (возможно, это шифр, возможно –двойной шифр, может быть -мертвый сегодня язык или даже искусственный язык, а возможно – вообще такой же, как у Серафини «прикол» средневекового автора или книжка-подделка, написанная на абракадабре для «втюхивания» за бешенные деньги алхимистам-книголюбам). Почитать про версии исследователей можна по ссылке – это интересно! http://www.miger.ru/voynich.htm
Посмотреть
Мну была бы «не я», если бы не вспомнила про тексты))
Любите Умберто Эко так же, как люблю его я? Если да -то помните и чудищ из иллюстраций к книгам в Имени Розы, и выдумки неугомонного Баудолино, и истории героя Острова накануне. И мистификации Пражского кладбища. Эко знает, что то, что в учениках называют «реальной историей», на самом деле такая же фикция, как рассказы Баудолино. Вся история построена на мистификации, переплетении легенд, реальных исторических персонажей и авторского вымысла. Конечно, не он один играет с так называемой «исторической правдой», показывая, насколько призрачно и относительно это понятие, чем невероятнее фантазия, тем охотнее в нее верят, но именно Эко это так делает… НЯМ!.
І «Баудолино» – потрясающая вещь.
Снова я про Баудолино
Путешествие героев в несуществующую страну – утопию-Царство Пресвитера Иоанна (которую они сначала выдумали, а потом – туда двинули). Там по пути им встречается куча разнообразных бестий и химер)))
При этом вымысел, «фикция», ложь Баудолино изменяют реальность, начинают на самом деле определять ход событий, как личной жизни героя, так и целых народов. И, что важно, все, что переживает Баудолино (а он переживает и свои вымыслы, и реальные события, только вот что на самом деле реально тут –еще вопрос)))) – происходит потом в жизни. И происходит, потому, что в это верят окружающие. Кстати, когда Баудолино решил отрекокаться от прежней жизни и стал праведником-столпником, открыв в себе дар ясновидения… па-пам -за свои пророчества был побит камнями. Правда оказалась никому не нужна, и Баудолино опять отправляется на поиски царства Пресвитера Иоанна.
Короче, вопрос насколько современная виртуальная реальность современна? Разве плутовские романы, активно использующие прием переодевания, а затем и романы-истории про двойников – не об этой же необходимости человека выступить кем-то другим?
+ Сегодня мы говорим о небывало высокой степени включенности и охвате участников виртуальным миром. Но он ли виртуален по сравнению с прошлым? И где человек, часто носящий свою маску на работе, другую –дома, третью – в сети – где человек ближе к себе? (к себе ли – вопрос уже второй)) и, поверьте, - не праздный))
Сегодня медиа творит реальность: если политика не показали по ТБ – его нет. А наши смыслы скоро будут реализовываться только в случае включенности в новую гипер-социальную сеть, становящуюся реальностью, наши способности быть создателем новых смыслов и их включенность – залог вознаграждений (практики признания, к-е кардинально отличаются от классических, описанных даже в конце ХХ века). НО, самое интересное, подобное поведение вознаграждается, приветствуется и является залогом эффективного функционирования всего общества. При этом, мы окончательно теряем лицо за тысячью масок, как уж давно потеряли тело, развоплотившись в мире вещей или машин-желаний, утратили взгляд, став скорее, костылем для устройств, благодаря к-м видим мир и потеряли сознание, которое отдано на откуп стереотипам и языковой стихии. (кому интересно - Вирильо, Делез, Хайдеггер)
Но вернусь к доброму.
ІІ О других странах, городах, способах восприятия и о времени - удивительный роман нежно любимого мною Итало Кальвино – «Незримые города» (кстати, они 100% « незримые», а не «невидимые»).
Замечательная книга (55 коротких рассказов о разных городах, якобы посещенных Марко Поло по поручению Кубла-Хана: "Города и память", "Города и желания", "Города и знаки", "Изощренные города" и т.д. Каждый новый "тип" появляется последним, пятым, в главе, в каждой последующей главе передвигается на позицию вперед, и наконец, добравшись до первого места, исчезает.). Книга о времени и восприятии: император Кубла Хан слушает рассказы Марко Поло о вымышленных городах. Каждый из этих городов существует исключительно как идея — или как сон:
Марко въезжает в город; видит на площади человека, живущего своей жизнью, или момент из нее, который мог бы быть его собственным; на месте этого человека сейчас мог бы быть он - если бы когда-то, давным-давно, остановился, или когда-то, давным-давно, на перекрестке, повернул бы в другую сторону, и после долгого пути все бы пришло к тому, что он обнаружил бы себя на месте этого человека на этой площади. Но теперь он исключен из этого своего прошлого, истинного или гипотетического; он не может остановиться и должен продолжать свой путь до другого города, где его ждет другое его прошлое, или что-то, что могло бы быть его возможным будущим, а теперь настоящее кого-то другого. Неслучившееся будущее - только ветви прошлого. Засохшие ветви.
- Ты путешествуешь, чтобы оживить свое прошлое? - вот что значил вопрос Хана, который мог быть задан и так:
- Ты путешествуешь, чтобы найти свое будущее?
И отвечал Марко:
- Любое "не здесь" - как зеркало наоборот . Путешественник узнает малое, относящееся к нему, открывая при этом многое, чего у него не было и никогда не будет.
Банально, но справедливо – а истины, как кто-то умный сказал, всегда банальны:
«Великий хан уже разыскивал в своем атласе планы городов, которым грозит развал или над которыми нависло проклятие: Енох, Вавилон, Яху, Бутуа, Дивный Новый Мир.
Он сказал:
– Все бесполезно, если последней пристанью должен стать адов город, если это течение по постоянно сжимающейся спирали находит свой конец на этом дне.
И Поло ответил:
– Ад для живых – это не то, что еще когда-то наступит, и если он действительно существует – это ад, в котором мы ежедневно живем, который мы сами создаем, живя все вместе. Есть два способа не страдать от этого. Первый из них без труда удается освоить большинству людей: принять этот ад таким, каким он есть, и стать его частью настолько, что он перестает быть заметен. Второй способ рискован и требует постоянного внимания и обучения: он состоит в том, чтобы искать и уметь распознавать кого-то или что-то, что не является этим адом, суметь поддержать его, чтобы это продлилось, и найти для него место".
А его же потрясающий «Если однажды зимней ночью путник» - это гипертекст, многослойный – даже не как лозанья, как гиперкулебяка.
ІІІ На закуску напомню сюжет Борхесового «Тлен, Укбар, Orbis Tertius».
Однажды друг героя-рассказчика, упомянул цитату, приписываемую ересиарху. Источник цитаты – статья в Энциклопедии, посвященной некоей местности Укбар. Герои не нашли эту статью в библиотечном экземпляре, зато у друга дома таки находится тот самый вариант со статьей о стране Укбар, и статья эта – некая мистификация. Еще через некоторое время в их руки попадает 11-й том «Первой энциклопедии Тлена», в статьях которого даны отсылки к другим томам того же издания. Здесь речь идет уже о планете. А сам рассказ серьезен и научен. Книгу оценивают ученые, в рассказе Борхеса приведены цитаты из этой Энциклопедии, даны описания Тлена и его особенностей. Сам герой приходит к выводу, что эта книга – работа тайного общества, к-е занялось созданием вымышленного мира с кучей подробностей. Их цель – постепенно заполнить нашу реальность элементами и частичками вымышленного мира. И, кто знает, возможно, наша Земля постепенно станет Тленом…
ААА, Думаете, я закончу из этого текста последними абзацами?
Вот
«Десять лет тому назад достаточно было любого симметричного построения с видимостью порядка – диалектического материализма, антисемитизма, нацизма, – чтобы заворожить людей. Как же не поддаться обаянию Тлена, подробной и очевидной картине упорядоченной планеты? Бесполезно возражать, что ведь реальность тоже упорядочена. Да, возможно, но упорядочена-то она согласно законам божественным – даю перевод: законам бесчеловечным, которые нам никогда не постигнуть. Тлен – даже если это лабиринт, зато лабиринт, придуманный людьми, лабиринт, созданный для того, чтобы в нем разбирались люди.
Контакты с Тленом и привычка к нему разложили наш мир. Очарованное стройностью, человечество все больше забывает, что это стройность замысла шахматистов, а не ангелов. Уже проник в школы «первоначальный язык» (гипотетический) Тлена, уже преподавание гармоничной (и полной волнующих эпизодов) истории Тлена заслонило ту историю, которая властвовала над моим детством; уже в памяти людей фиктивное прошлое вытесняет другое, о котором мы ничего с уверенностью не знаем – даже того, что оно лживо. Произошли перемены в нумизматике, в фармакологии и археологии. Думаю, что и биологию, и математику также ожидают превращения… Рассеянная по земному шару династия ученых одиночек изменила лик земли. Их дело продолжается. Если наши предсказания сбудутся, то лет через сто кто-нибудь обнаружит сто томов Второй энциклопедии Тлена. Тогда исчезнут с нашей планеты английский, и французский, и испанский языки. Мир станет Тленом. Мне это все равно. В тихом убежище отеля в Адроге я занимаюсь обработкой переложения в духе Кеведо (печатать его я не собираюсь) «Погребальной урны» Брауна».
А НЕЕЕТ
Я закончу другим отрывком из Борхеса: из «Пьер Менар автор Дон Кихота». Помните, там автор –писатель – взялся переписывать Дон Кихота. Не как будто бы он – Сервантес, не выучив язык 17 века, не погрузившись в историю, а переписывать слово в слово, но как человек ХХ века- как читатель)) ХХ века. (как все снова-таки помним, Дон Кихот – это тоже по мотивам (ироническое передергивание/перепев/стилизация – вариантов масса))) средневековых романов):
«Сопоставлять Дон Кихота Менара с романом Сервантеса – значит делать для себя открытия. Последний, например, пишет(«Дон Кихот», часть первая, глава девятая): «…Истина, мать коей – история, соперница времени, хранительница содеянного, свидетельница прошедшего, поучательница и советчица настоящего, провозвестница будущего». Составленное в семнадцатом столетии, составленное «непросвещенным гением» Сервантеса, это перечисление – лишь риторическая похвала истории. Менар же, напротив, пишет:
«…Истина, мать коей – история, соперница времени, хранительница содеянного, свидетельница прошедшего, поучательница и советчица настоящего, провозвестница будущего».
История – мать истины. Поразительный вывод. Менар, современник Уильяма Джеймса, определяет историю не как ключ к пониманию реальности, а только как ее истоки. Историческая правда для Менара – не то, что произошло, а то, что мы считаем происшедшим».
... Хочу ещё всем напомнить кто не читал Итало Кальвино -- сильно нужное!!! ;)
Оригинал взят у
irene_os в Путешествия в иные мирыПроизведение искусства нередко содержит куда больше информации о мире и обществе, чем горы ученых диссертаций
У.Эко
Хочу вспомнить 3 книги-картинки, показать тут кусочки 2 и вспомнить еще о 3 текстовых! МНОГАБУКВ!
Эти книги – такие вот калейдоскопические элементики других миров, выдуманных авторами. Принцип в них чем-то подобен средневековым бестиариям и травникам (или современным энциклопедиям), только вот описывается в них несуществующее. Может, кстати, к счастью не существующее)).
І Первая книга-картинка – самая простая и детская. Автором ее является испанский художник Иван Барренетксеа, и эта книга – «Ботаника Натуралис». В этом «гербарии» собраны растения, выведенные ученым Ботанусом Дульсимером. Все они – прекрасные фантазии на тему стреляющих, взлетающих и другим путем активничающих растений. С добрым юмором соединение разных частей для создания новых растений (многие из них уже известны нам в описаниях – тыква была каретой у Золушки, бамбуковые удочки – это классика, вертолетики-семена клена вполне напоминают винт корабля))) итп, а некоторые – новые для меня). Здорово нарисовано и издано, очень милые и смешные тексты, вполне копирующие описания взаправдашних растений. Книга маленькая по объему, зато доступная и для маленьких любителей нетрадиционных ботаник)). У всех, по-моему есть – не буду щелкать)
У.Эко
Хочу вспомнить 3 книги-картинки, показать тут кусочки 2 и вспомнить еще о 3 текстовых! МНОГАБУКВ!
Эти книги – такие вот калейдоскопические элементики других миров, выдуманных авторами. Принцип в них чем-то подобен средневековым бестиариям и травникам (или современным энциклопедиям), только вот описывается в них несуществующее. Может, кстати, к счастью не существующее)).
І Первая книга-картинка – самая простая и детская. Автором ее является испанский художник Иван Барренетксеа, и эта книга – «Ботаника Натуралис». В этом «гербарии» собраны растения, выведенные ученым Ботанусом Дульсимером. Все они – прекрасные фантазии на тему стреляющих, взлетающих и другим путем активничающих растений. С добрым юмором соединение разных частей для создания новых растений (многие из них уже известны нам в описаниях – тыква была каретой у Золушки, бамбуковые удочки – это классика, вертолетики-семена клена вполне напоминают винт корабля))) итп, а некоторые – новые для меня). Здорово нарисовано и издано, очень милые и смешные тексты, вполне копирующие описания взаправдашних растений. Книга маленькая по объему, зато доступная и для маленьких любителей нетрадиционных ботаник)). У всех, по-моему есть – не буду щелкать)
ІІ Codex Seraphinianus книга итальянского гарфика Луиджи Серафини. Нее-т, саму книгу я еще не выловила)) Пока – хотелка. Дороговата, зараза (еще мягко говоря…)
Да, ее несомненный плюс – это выдуманный язык (полностью) – не важно, в какой стране она напечатана – перевода не нада))).
Название расшифровывается как Strange and Extraordinary Representations of Animals and Plants and Hellish Incarnations of Normal Items from the Annals of Naturalist/Unnaturalist Luigi Serafini», то есть, «Странные и необычные представления животных, растений и адских воплощений из глубин сознания натуралиста/антинатуралиста Луиджи Серафини».
Codex – это энциклопедия в 400 страниц, энциклопедия воображаемого мира с подробными комментариями на этом самом несуществующем языке. Книга поделена на 11 глав в свою очередь поделенных на 2 секции: первая -о мире природы, вторая -о человеке. Главы посвящены различным множествам:
1-флора
2-фауна
3-жизнь в городах
4-химия, биология
5-механика, технические изобретения
6-народы
7-карта мира, обычные и важные люди
8-письменность
9-еда и одежда
10-праздники, игры, развлечениям
11-архитектура городов
Однозначно странные и не всем понравятся иллюстрации, но для меня они – замечательные)).
Посмотреть
ІІІ Манускрипт Войнича (Рукопись Войнича). Войнич (муж той самой Э.Л.Войнич) тут не автор – он просто открыл эту книгу для широких слоев исследователей, и сегодня она – одна из самых известных книжных загадок. Мы не знаем ни имени автора, ни языка, на к-м она была написана (возможно, это шифр, возможно –двойной шифр, может быть -мертвый сегодня язык или даже искусственный язык, а возможно – вообще такой же, как у Серафини «прикол» средневекового автора или книжка-подделка, написанная на абракадабре для «втюхивания» за бешенные деньги алхимистам-книголюбам). Почитать про версии исследователей можна по ссылке – это интересно! http://www.miger.ru/voynich.htm
Посмотреть
Мну была бы «не я», если бы не вспомнила про тексты))
Любите Умберто Эко так же, как люблю его я? Если да -то помните и чудищ из иллюстраций к книгам в Имени Розы, и выдумки неугомонного Баудолино, и истории героя Острова накануне. И мистификации Пражского кладбища. Эко знает, что то, что в учениках называют «реальной историей», на самом деле такая же фикция, как рассказы Баудолино. Вся история построена на мистификации, переплетении легенд, реальных исторических персонажей и авторского вымысла. Конечно, не он один играет с так называемой «исторической правдой», показывая, насколько призрачно и относительно это понятие, чем невероятнее фантазия, тем охотнее в нее верят, но именно Эко это так делает… НЯМ!.
І «Баудолино» – потрясающая вещь.
Снова я про Баудолино
Путешествие героев в несуществующую страну – утопию-Царство Пресвитера Иоанна (которую они сначала выдумали, а потом – туда двинули). Там по пути им встречается куча разнообразных бестий и химер)))
При этом вымысел, «фикция», ложь Баудолино изменяют реальность, начинают на самом деле определять ход событий, как личной жизни героя, так и целых народов. И, что важно, все, что переживает Баудолино (а он переживает и свои вымыслы, и реальные события, только вот что на самом деле реально тут –еще вопрос)))) – происходит потом в жизни. И происходит, потому, что в это верят окружающие. Кстати, когда Баудолино решил отрекокаться от прежней жизни и стал праведником-столпником, открыв в себе дар ясновидения… па-пам -за свои пророчества был побит камнями. Правда оказалась никому не нужна, и Баудолино опять отправляется на поиски царства Пресвитера Иоанна.
Короче, вопрос насколько современная виртуальная реальность современна? Разве плутовские романы, активно использующие прием переодевания, а затем и романы-истории про двойников – не об этой же необходимости человека выступить кем-то другим?
+ Сегодня мы говорим о небывало высокой степени включенности и охвате участников виртуальным миром. Но он ли виртуален по сравнению с прошлым? И где человек, часто носящий свою маску на работе, другую –дома, третью – в сети – где человек ближе к себе? (к себе ли – вопрос уже второй)) и, поверьте, - не праздный))
Сегодня медиа творит реальность: если политика не показали по ТБ – его нет. А наши смыслы скоро будут реализовываться только в случае включенности в новую гипер-социальную сеть, становящуюся реальностью, наши способности быть создателем новых смыслов и их включенность – залог вознаграждений (практики признания, к-е кардинально отличаются от классических, описанных даже в конце ХХ века). НО, самое интересное, подобное поведение вознаграждается, приветствуется и является залогом эффективного функционирования всего общества. При этом, мы окончательно теряем лицо за тысячью масок, как уж давно потеряли тело, развоплотившись в мире вещей или машин-желаний, утратили взгляд, став скорее, костылем для устройств, благодаря к-м видим мир и потеряли сознание, которое отдано на откуп стереотипам и языковой стихии. (кому интересно - Вирильо, Делез, Хайдеггер)
Но вернусь к доброму.
ІІ О других странах, городах, способах восприятия и о времени - удивительный роман нежно любимого мною Итало Кальвино – «Незримые города» (кстати, они 100% « незримые», а не «невидимые»).
Замечательная книга (55 коротких рассказов о разных городах, якобы посещенных Марко Поло по поручению Кубла-Хана: "Города и память", "Города и желания", "Города и знаки", "Изощренные города" и т.д. Каждый новый "тип" появляется последним, пятым, в главе, в каждой последующей главе передвигается на позицию вперед, и наконец, добравшись до первого места, исчезает.). Книга о времени и восприятии: император Кубла Хан слушает рассказы Марко Поло о вымышленных городах. Каждый из этих городов существует исключительно как идея — или как сон:
Марко въезжает в город; видит на площади человека, живущего своей жизнью, или момент из нее, который мог бы быть его собственным; на месте этого человека сейчас мог бы быть он - если бы когда-то, давным-давно, остановился, или когда-то, давным-давно, на перекрестке, повернул бы в другую сторону, и после долгого пути все бы пришло к тому, что он обнаружил бы себя на месте этого человека на этой площади. Но теперь он исключен из этого своего прошлого, истинного или гипотетического; он не может остановиться и должен продолжать свой путь до другого города, где его ждет другое его прошлое, или что-то, что могло бы быть его возможным будущим, а теперь настоящее кого-то другого. Неслучившееся будущее - только ветви прошлого. Засохшие ветви.
- Ты путешествуешь, чтобы оживить свое прошлое? - вот что значил вопрос Хана, который мог быть задан и так:
- Ты путешествуешь, чтобы найти свое будущее?
И отвечал Марко:
- Любое "не здесь" - как зеркало наоборот . Путешественник узнает малое, относящееся к нему, открывая при этом многое, чего у него не было и никогда не будет.
Банально, но справедливо – а истины, как кто-то умный сказал, всегда банальны:
«Великий хан уже разыскивал в своем атласе планы городов, которым грозит развал или над которыми нависло проклятие: Енох, Вавилон, Яху, Бутуа, Дивный Новый Мир.
Он сказал:
– Все бесполезно, если последней пристанью должен стать адов город, если это течение по постоянно сжимающейся спирали находит свой конец на этом дне.
И Поло ответил:
– Ад для живых – это не то, что еще когда-то наступит, и если он действительно существует – это ад, в котором мы ежедневно живем, который мы сами создаем, живя все вместе. Есть два способа не страдать от этого. Первый из них без труда удается освоить большинству людей: принять этот ад таким, каким он есть, и стать его частью настолько, что он перестает быть заметен. Второй способ рискован и требует постоянного внимания и обучения: он состоит в том, чтобы искать и уметь распознавать кого-то или что-то, что не является этим адом, суметь поддержать его, чтобы это продлилось, и найти для него место".
А его же потрясающий «Если однажды зимней ночью путник» - это гипертекст, многослойный – даже не как лозанья, как гиперкулебяка.
ІІІ На закуску напомню сюжет Борхесового «Тлен, Укбар, Orbis Tertius».
Однажды друг героя-рассказчика, упомянул цитату, приписываемую ересиарху. Источник цитаты – статья в Энциклопедии, посвященной некоей местности Укбар. Герои не нашли эту статью в библиотечном экземпляре, зато у друга дома таки находится тот самый вариант со статьей о стране Укбар, и статья эта – некая мистификация. Еще через некоторое время в их руки попадает 11-й том «Первой энциклопедии Тлена», в статьях которого даны отсылки к другим томам того же издания. Здесь речь идет уже о планете. А сам рассказ серьезен и научен. Книгу оценивают ученые, в рассказе Борхеса приведены цитаты из этой Энциклопедии, даны описания Тлена и его особенностей. Сам герой приходит к выводу, что эта книга – работа тайного общества, к-е занялось созданием вымышленного мира с кучей подробностей. Их цель – постепенно заполнить нашу реальность элементами и частичками вымышленного мира. И, кто знает, возможно, наша Земля постепенно станет Тленом…
ААА, Думаете, я закончу из этого текста последними абзацами?
Вот
«Десять лет тому назад достаточно было любого симметричного построения с видимостью порядка – диалектического материализма, антисемитизма, нацизма, – чтобы заворожить людей. Как же не поддаться обаянию Тлена, подробной и очевидной картине упорядоченной планеты? Бесполезно возражать, что ведь реальность тоже упорядочена. Да, возможно, но упорядочена-то она согласно законам божественным – даю перевод: законам бесчеловечным, которые нам никогда не постигнуть. Тлен – даже если это лабиринт, зато лабиринт, придуманный людьми, лабиринт, созданный для того, чтобы в нем разбирались люди.
Контакты с Тленом и привычка к нему разложили наш мир. Очарованное стройностью, человечество все больше забывает, что это стройность замысла шахматистов, а не ангелов. Уже проник в школы «первоначальный язык» (гипотетический) Тлена, уже преподавание гармоничной (и полной волнующих эпизодов) истории Тлена заслонило ту историю, которая властвовала над моим детством; уже в памяти людей фиктивное прошлое вытесняет другое, о котором мы ничего с уверенностью не знаем – даже того, что оно лживо. Произошли перемены в нумизматике, в фармакологии и археологии. Думаю, что и биологию, и математику также ожидают превращения… Рассеянная по земному шару династия ученых одиночек изменила лик земли. Их дело продолжается. Если наши предсказания сбудутся, то лет через сто кто-нибудь обнаружит сто томов Второй энциклопедии Тлена. Тогда исчезнут с нашей планеты английский, и французский, и испанский языки. Мир станет Тленом. Мне это все равно. В тихом убежище отеля в Адроге я занимаюсь обработкой переложения в духе Кеведо (печатать его я не собираюсь) «Погребальной урны» Брауна».
А НЕЕЕТ
Я закончу другим отрывком из Борхеса: из «Пьер Менар автор Дон Кихота». Помните, там автор –писатель – взялся переписывать Дон Кихота. Не как будто бы он – Сервантес, не выучив язык 17 века, не погрузившись в историю, а переписывать слово в слово, но как человек ХХ века- как читатель)) ХХ века. (как все снова-таки помним, Дон Кихот – это тоже по мотивам (ироническое передергивание/перепев/стилизация – вариантов масса))) средневековых романов):
«Сопоставлять Дон Кихота Менара с романом Сервантеса – значит делать для себя открытия. Последний, например, пишет(«Дон Кихот», часть первая, глава девятая): «…Истина, мать коей – история, соперница времени, хранительница содеянного, свидетельница прошедшего, поучательница и советчица настоящего, провозвестница будущего». Составленное в семнадцатом столетии, составленное «непросвещенным гением» Сервантеса, это перечисление – лишь риторическая похвала истории. Менар же, напротив, пишет:
«…Истина, мать коей – история, соперница времени, хранительница содеянного, свидетельница прошедшего, поучательница и советчица настоящего, провозвестница будущего».
История – мать истины. Поразительный вывод. Менар, современник Уильяма Джеймса, определяет историю не как ключ к пониманию реальности, а только как ее истоки. Историческая правда для Менара – не то, что произошло, а то, что мы считаем происшедшим».